Бесконечный рассказ
Солнце жгло с самого утра, оно выжигало всё, до чего только могло дотянуться, доставалось всему, деревьям, траве, птицам и животным, асфальту и конечно же людям, а ну, пойди покатайся в автобусе без кондиционера, или выйди из тени на раскалённый асфальт и всё, сразу вспомнишь и про зиму, с её прохладой, и про осень, с нередкими дождями и жёлтыми листьями, да даже весна в это время была бы за маленькое чудо, маленький, прохладный праздник взамен сегодняшней топки, вот только весна уже прошла, до осени было ещё очень далеко, а о зиме можно было только мечтать, с озлобленностью глядя в небо, на раскалённый, яркий шар. Ходят легенды, что воины из былин и сказаний могли спокойно исчезать в толпе, вот он есть, и вот его уже нет. Не знаю как там в легендах и что за воины там были, а этот мальчишка растворяться в толпе точно умел, мог и практиковал, и главное, получалось то у него это вроде не специально, но то ли люди сегодня ему подыгрывали, то ли секундная стрелка играла на его стороне, но этот несносный мальчишка сегодня мерцал. Да - да, именно мерцал, появляясь на миг в одном месте, пропадая и появляясь на другом. У меня в глазах начали зажигаться искорки, ну что мне прикажите делать, не моргать, да у меня слёзы потекут из глаз солёными ручьями и я вообще ничего разглядеть не могу, а тут блин, такая ерунда, вот он, мальчишка, моргнул, нету его, глазами по толпе, вот он, моргнул, и снова его нет. Одно меня в этом радовало, в этой толпе, мой несносный подросток был один, и хоть меня иной раз коробило от подростковой моды, сейчас я готов был расцеловать того, кто всю эту моду сочиняет. Ярко зелёная толстовка с такой же яркой, ядовитой надписью "Я - Егорка!" во всю спину казалось бы светилась, словно реклама очередного лимонада, напичканного новомодной химией под самую пробку, хорошо хоть джинсы были простого, синего цвета, хоть и изрядно потёртые на коленках, да и на заднице тоже, но зато с модными дырками, которые тоже, вроде как светились бледными, мальчишечьими ногами, просвечивающими через них, самыми нормальными были кроссовки, обычные, серые с синими вставками, даже немного обидно было за них, никакой яркости, никаких ядовитых цветов, надетые на худенькие, мальчишечьи ноги, обутые в темно серые, короткие носки, они как то пропадали в хороводе безумных красок. По ушам ударило так, что я инстинктивно отрыл рот, но нет, это не выстрел, не взрыв, просто в этом городе, в этом месте вдруг стало тихо, словно я мгновенно оглох и так это было непривычно, что внутри головы завыло, застонало, стало давить на уши, мой мозг не смог справится с абсолютной тишиной, он просто не понимал, как такое вообще возможно. Человеческий страх захлестнул улицу, люди метались из стороны в сторону, орали, тёрли уши, трясли головами, но понимая, что ничего не меняется, вцеплялись за одежду точно таких же, оглушённых людей, заглядывали им в лица, пытаясь что то прокричать. Мальчишка испугался, я видел, как он судорожно оглядывается по сторонам, видел, как он вздрагивает, когда кто то рядом беззвучно открывает рот, для меня беззвучно, а он слышит, он всё слышит и вся эта паника, она для него, для него и для меня. Собраться, взять себя в руки, да, пусть ты ничего не слышишь, но ведь видишь же, видишь, и теперь просто осталось найти угрозу, угрозу не тебе, ему. Тёмный силуэт, как же ты меня достал, мразь, этой своей чернотой, у тебя что, нет чего ни будь человеческого, синего, зелёного, красного наконец то, как же достал этот твой чёрный. Делаю рывок и оказываюсь перед мальчишкой, толкаю его рукой, но он не хочет никуда идти, упирается, толкается руками мне в спину. Ничего ничего, ты всё поймёшь, достаю из ножен на ремне нож, хороший нож, проверенный, он не подведёт, давай, иди сюда, хочешь поиграть, давай поиграем. Дурак, думал что крутой, дурак, думал, что могу победить, дурак, думал, что круче меня никого нет, дурак, дурак, дурак. Мне надрали задницу как нашкодившему котёнку, я вообще попал по нему хоть раз, или лезвие моего ножа всё время рассекало пустоту, ну и пару раз с противным лязгом встретилось с тёмным, матовым лезвием его ножа. Больно, противно, страшно. Весь изрезанный, руки, ноги, всё тело в крови, больно. У меня на глазах хладнокровно убили мальчишку, он просто проходя мимо чуть заметным движением ткнул ножом ему в шею и не оглядываясь пошёл дальше, противно. И что я смогу сделать с таким противником, как я могу его победить, я вообще, могу его победить, хотя бы в мечтах, страшно. Я попытался подняться, да не смог, по ушам ударило так, что я инстинктивно открыл рот, грохот улицы, шум, вой, крики, всё это внезапно вернулось, но уже никогда не будет прежним, люди боязливо оглядываясь тянулись к стенам домов, словно опасаясь, что они могут внезапно исчезнуть, на асфальте, раскинув руки в стороны лежало тело пацана, кто то уже звонил, вызывая скорую и полицию, а я полетел, куда то в темноту, в тишину и в холод, не знаю, умру я, или меня спасут, не знаю я этого, не знаю, но вот что будет точно, это проснувшись утром в своей квартире, я помоюсь, оденусь, соберусь и выйду на улицу, проеду несколько остановок и выйдя из автобуса найду его взглядом, найду и снова пойду за ним в сторону метро.