Ветерок нёс по небу клочья облаков, играя с ними, как котёнок играет с бумажным шариком, то влево их погонит, то право, то соберёт в кучу и растреплет в разные стороны, солнце похоже вообще, не понимало, что за игру затеял ветерок, то выглядывая из за облаков, то прячась в облаках, людей похоже тоже всё устраивало, было не так жарко, совсем не душно, а тени облаков, скользящие под ногами и вовсе не могли никому помешать. Может быть не совсем романтика, может быть воробьи и голуби были не согласны с такой погодой, зато всяк лучше, чем промокнуть до нитки под проливным дождём, или же, изнывать от жары, пытаясь разглядеть на небе хоть что то, что сможет закрыть это ненавистное уже солнце. Что то сегодня всё не так, как всегда. Иду за ним, иду перед ним, ищу его в толпе или натыкаюсь прямо на него. Да что же это сегодня с ним, то остановится и с минуту копается в телефоне, отвечая на какое то сообщение, то взглянет на часы и переходит почти на бег, потом ему нужно влево и он ломится туда, словно сейчас решится судьба всей его жизни, но тут ему в голову приходит мысль, что эта судьба решается справа и он ломится обратно, натыкаясь на прохожих, ловя на себе их осуждающие взгляды, а иногда и слова, как говорится, не для детских ушей. Чувствую, что сегодня он измотает меня полностью и я сам того не желая потеряю его из виду, потеряю и всё, его судьба решится без моего участия, а этого не должно случится никак, вот же юркий чертёнок, снова на миг теряю его из виду но снова нахожу, на чёртовом расстоянии от того места, где он вроде бы должен был быть, хорошо хоть, что одевался он всегда одинаково. Он носил светло чёрные джинсовые штаны, искусственно затёртые на коленях, или не искусственно, вот фиг их сейчас разберёшь, может до дыр протёр, ползая на коленках где попало, или, это веяние моды такое, что уже поношенным тебе вручают новую вещь, не понятно, но выглядит приятно, ещё бы дырок нарезать, и вообще, фирменная вещь получилась бы, так сказать, эксклюзивный дизайн, да и без дырок на нём джинсы выглядели весьма неплохо. Такого же цвета джинсовая куртка, надетая на светлую футболку, очень стильно дополняла костюм, хотя покупалась явно отдельно от брюк, слишком уж они какими то разными были. А вот бело синие спортивные тапки как то из этой целости выпадали, были бы они не синие, а серые, ну или чёрные, вот было бы другое дело, но нет, не вышло, не получилось, не срослось, а собственно говоря, а разве должно было. Можно ли к этому привыкнуть? Нет, никогда. Кровь на моих руках, в ней ничего необычного, она такая же, как и у всех, у того мужчины, у той женщины, у этого мальчишки, она всегда одинаковая, рубиновая и липкая. Но нет, нет, я никогда не смогу привыкнуть к крови на своих руках, крови этого мальчишки, которого я никак не могу спасти. Я профессионал, или считаю себя таковым, я могу постоять за себя, могу защитить того, кто рядом, могу, я уверяю себя в этом каждый день, каждый раз, когда его спина оказывается у меня перед глазами, я мог бы это сделать, наверное, но как быть, если останавливается время, если воздух становится густым, или если твой противник двигается быстрее чем ты, на много быстрее. В этот раз время не остановилось, воздух не превратился в кисель, а своего противника я попусту не видел, потому, что вокруг меня образовался туман, густой, молочно белый туман, я вытягиваю руку вперёд и не могу увидеть свои пальцы, я вообще ничего не вижу, словно слепой, я маленькими шажками продвигаюсь вперёд стараясь руками нащупать хоть что то, натыкаюсь на людей, которые точно так же как и я бредут, с перекошенными от страха лицами, размахивая руками, более грамотные так и вовсе, отошли к краю тротуара и сели на поребрик, я как раз наткнулся на них в поисках своего пацана. Эх, если бы не он, сел бы рядом, переждал бы, но знаю я, знаю, туман не развеется просто так, он исчезнет только после того, как кто то умрёт. Продолжаю идти дальше, осторожно, я вроде помнил, где он находился за миг до этого, вроде помнил, а вышел к краю тротуара, укоряю я себя. Показалось, или туман стал немного прозрачнее, вроде не показалось, это что, меня так вот с размаху бьют лицом в грязь, мол выдыхай папаша, ты проиграл. Нет, точно, не показалось, я вроде начинаю различать силуэты людей, большой, большой, большой, маленький, это он, точно он, кроме него тут не было не одного ребёнка, я рванул вперёд, вот он, стоит, голова, руки, ноги на месте, хватаю его за плечо, разворачиваю лицом к себе, огромные, пустые глаза смотрят на меня словно упрекая, ну что же ты, где ты был столько времени, но как, как, как? Осматриваю его со всех сторон, туман по прежнему мешает, руками, что то не так, нож, из его спины торчит рукоятка ножа и тут же туман пропадает, люди словно забыли, что только что барахтались в этом молоке, теперь они смотрят на меня, ну конечно, они видят только меня, мёртвого мальчишку и нож в моей руке. Первый удар не заставляет себя долго ждать, потом удары сыпятся градом, я даже не успел сообразить, сознание я потерял, или меня забили до смерти, я просто открыл глаза в своей квартире, встал, помылся, оделся и вышел на улицу, дошёл до автобуса, проехал две остановки и вышел у метро, нашёл его в толпе и снова пошёл за ним.